1. Главная
  2. Консультации

Консультация №14156

05.09.2021
Спрашивает Дамира Г.

Мой сын проходил службу по контракту в г Псков в/ч32515
7.09.20г. ему позвонила его знакомая Б-а Наташа и предложила встретиться около магазина, где она отдала ему деньги которые занимала до этого. 8.09.20 г. Вечером она снова ему позвонила и сказала, что хочет забрать пакетик из своей косметички, которую у него оставила. Она пришла к нему, он нашел эту косметичку и отдал ей этот пакетик. И это было ОРМ. Она все снимала на видео, но без звука, чтобы потом придумать, о чем они говорили. Единственный документ для проведения ОРМ, по которому было выдано постановление-это заявление об участие в ОРМ Б-ой Наташи, которую засекретили под псевдоним Саша. Больше ни каких документов, ни каких рапортов, о том, что мой сын занимался сбытом наркотиков. Только слова оперуполномоченного, что у него была информация, о том что военнослужащий Артем в полку занимается сбытом наркотиков. Сколько Артемов служит в этом полку? В конце октября моему сыну предъявили обвинение. Все это время за ним следили, но ни какого сбыта не обнаружили. Сфабриковали дело на сбыт наркотиков и передали военным следователям, ну а те разбираться и не стали, им все равно на жизнь молодого человека. Без каких либо доказательств военный суд приговорил моего сына к 6 годам лишения свободы. Мой сын вину не признал, пояснив, что никогда не занимался сбытом наркотиков, а эта девушка которая употребляет наркотики, сама попалась и чтобы не нести уголовную ответственность, по совету оперуполномоченного оговорила моего сына. Ему кстати тоже самое предлагали сделать. Адвокат просила рассекретить Сашу и говорила, что ОРМ это чистая провокация, на все был отказ.
--пакетик был 0,19 г. Апелляцию оставили без изменений, сейчас подали кассацию, которую скорей всего оставят без изменений, где искать справедливость, что делать? За что осудили моего сына на такой срок? Подскажите, что делать? Как спасти сына?

Отвечает
  • юрист Арсений Левинсон

Здравствуйте. Описание дела Вашего сына прямо указывает на провокацию преступления и фабрикацию уголовного дела. К сожалению, это системная проблема, тысячи людей в результате таких провокаций лишаются свободы и выдаются за сбытчиков наркотиков, несмотря на то, что, в худшем случае имеют отношение к употреблению, но не к распространению наркотиков. А когда «закупщик», ключевой свидетель, засекречивается — у защиты еще меньше возможностей доказать провокацию, еще труднее обосновать заинтересованность свидетеля и установить мотивы оговора.

На эту системную проблему уже более 15 лет указывает Европейский суд по правам человека, но ситуацию в лучшую сторону не меняется. Оперативно-розыскная деятельность остается все также бесконтрольна и полная злоупотреблений.

Совсем недавно ЕСПЧ вынес очередное знаковое решение по вопросу о провокациях по делам, связанным со сбытом наркотиков – «Кузьмина и другие против России» (жалоба № 66152/14 и др.). В данном решении Европейский суд отметил «структурную неспособность российской правовой системы обеспечить гарантии против злоупотреблений при проведении проверочных закупок», а также указал, что «российская правовая база, касающаяся проведения оперативно-розыскных мероприятий, должна быть изменена таким образом, чтобы предусмотреть четкую и предсказуемую процедуру санкционирования таких как контрольные закупки и оперативные эксперименты судебным или иным органом, который бы обеспечивал эффективные гарантии от злоупотреблений» (§ 120).

В вашем деле отсутствие этих гарантий привело к провокации, к необоснованному санкционированию закупки постановлением руководителя органа, осуществляющего ОРД, и ее проведению сразу после получения заявления от закупщицы, без проверки ее слов о том, что ваш сын занимается распространением наркотиков. А проверить можно было, например, проведением других ОРМ – прослушиванием телефонных переговоров, наблюдением и др.

Также есть примеры из практики кассационных судов общей юрисдикции, где суды отменяли приговоры, в связи с признанием результатов ОРМ «проверочная закупка» недопустимыми доказательствами, так как отсутствовали основания для проведения проверочной закупки, а рапорт оперативника, показания «закупщика» и сотрудников полиции, не могут служить достаточным основанием для вывода о том, что осужденный занимался сбытом наркотиков и совершил бы данное преступление без привлечения оперативными сотрудниками «закупщика» - см., например, кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 25 июня 2020 года №77-1008/2020 по делу М.

Что касается анонимного свидетеля — рекомендую ознакомиться с моей заметкой «Европейский суд об анонимных свидетелях», в ней указывается, на что нужно обратить внимание защите при оспаривании отказа суда первой инстанции рассекретить закупщика. В кассационной жалобе и выступлениях стороны защиты в судебном заседании суда кассационной инстанции имеет смысл ссылаться на вышеизложенные правовые позиции , практику кассационных судов и постановления ЕСПЧ по делу «Кузьмина и другие против России», «Веселов и другие против России».

Если кассационное обжалование не принесет результата, то нужно обязательно обращаться в Европейский Суд по правам человека. Да, он рассматривает дела не быстро, но есть реальный шанс получить положительное решение ЕСПЧ, что приведет к последующей отмене приговора национальными судами. Срок обращения с жалобой в Европейский Суд – 6 месяцев со дня вынесения решения кассационным судом общей юрисдикции. С 1 февраля 2022 года срок обращения сократиться с 6 до 4 месяцев, но вас эти изменения не затронут, так как кассационный суд общей юрисдикции будет пройден до февраля 2022 года.

Поделиться