1. Главная
  2. Консультации

Консультация №10131

25.07.2016
Спрашивает Вера
Добрый день. У нас возник такой вопрос.
В ходе судебного заседания в 2015 году судья признала неявку ключевого свидетеля обвинения (чьи показания легли в основу начала следственных мероприятий, но при этом являлись ложными) ввиду невозможности установить его местонахождение чрезвычайным обстоятельством и огласила его показания, несмотря на протесты адвокатов и подсудимых. В марте 2016 года в ч. 2 ст. 281 УПК был включен пункт 5, по которому показания оглашаются, если неизвестно местонахождение свидетеля. Т.е. получается, что теперь при обжаловании нет смысла ссылаться на нарушение права на защиту обвиняемого ввиду невызова свидетеля? Или же есть смысл упомянуть о предыдущей редакции закона и о том, что неустановление местонахождения свидетеля на тот момент и на момент постановления приговора статья УПК не предусматривала основанием для оглашения показаний?
Отвечает
  • завпунктом
Здравствуйте. Вы правильно ставите вопрос — и сами же на него правильно отвечаете. Не только есть смысл упомянуть о предыдущей редакции статьи 281 УПК, но и, наоборот, подчеркнуть, что оглашение показаний свидетеля было произведено судом с грубым нарушением УПК в действующей тогда редакции. Также важно, какие суд предпринял действия, чтобы убедиться в невозможности установить местонахождение свидетеля, была ли очная ставка на предварительном следствии. Кроме того, нужно ссылаться на решения ЕСПЧ, которые применимы вне зависимости от редакции ст. 281 УПК . См., например, Постановление от 24 апреля 2012 года по делу N 1413/05 "Дамир Сибгатуллин против России.
Поделиться