ПРАВОВЫЕ КОНСУЛЬТАЦИИ ПО ДЕЛАМ,
СВЯЗАННЫМ С НАРКОТИКАМИ

               Оправдательный приговор Орджоникидзевского районного суд г. Магнитогорска Челябинской области




Главная

Консультации
(вопросы и ответы)

Переписка с завпунктом

Новости

Памятки

Законодательство

Комментарии к законодательству

Судебная практика

Библиотека

Дело Олега Москвина

Тестирование

1 час 34 минуты

Кондитерский мак

Наркоучет

Таких сотни тысяч.
Дело Андрея Абрамова.

Об аналогах и производных

Экспертиза

Открытое обращение в правительство

Памяти адвоката Маркелова

Конфиденциальность

Адресная книга

О нас


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Магнитогорск, 23 марта 2010 г.
Дело № 1-129/10

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе председательствующего судьи Выдрина А. Н.,

при секретаре Назаренко М. В.,

с участием представителя государственного обвинения – помощника прокурора Орджоникидзевского района г. Магнитогорска Челябинской области Морозовой Е. В.,

адвокатов Сивченко В. Т., Урываева В. И.,

защитника Кузнецовой Н. Л.,

подсудимого К.,

рассмотрев в открытом судебномзаседании в зале суда уголовноедело в отношении:

К.,родившегося в 1958 годув селе М. Пишля Рузаевского районаМордовской АССР, гражданина Российской Федерации, проживающего и зарегистрированного в г. Магнитогорске, работающего, со средним образованием, женатого, иждивенцев не имеющего, не судимого, содержащегося под стражей с 23 августа 2008 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. "г" ч. 3ст. 228.1 УК РФ,


У С Т А Н О В И Л:


К. обвиняется в совершении преступления предусмотренного п. "г" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, то есть в незаконном сбыте наркотических средств в особо крупном размере, а именно, в том, что в период до 22 августа 2008 года он в не установленное время, у не установленного лица с целью дальнейшего сбыта незаконно приобрел наркотическое средство героин массой 8,130 грамма, что является особо крупным размером. Реализуя свой преступный умысел, направленный на извлечение прибыли от незаконного сбыта наркотических средств, 22августа 2008 года около 19 часов, К. умышленно, из корыстных побуждений, из организованного им в кустах тайника, расположенного у дома № 39 по ул. Минская в г. Магнитогорске, незаконно сбыл своему знакомому А. вышеуказанное наркотическое средство героин массой 8,130 грамма, что является особо крупным размером.

Сбыт наркотических средств гражданами считается незаконным, так как это деяние нарушает нормы Федерального Закона № 3 " О наркотических средствах и психотропных веществах" от 08 января 1998 года (с внесенными изменениями и дополнениями).

На основании Списка № 1 Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации № 681 от 30 июня 1998 года, героин отнесен к наркотическим средствам.

В соответствии с примечанием к ст. 228 УК РФ и Постановлением Правительства Российской Федерации от 07 февраля 2006 года № 76 "Об утверждении крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ для статей 228, 228.1 и 229 УК РФ ", особо крупным размером является масса героина свыше 2,5 грамма.

В судебном заседании государственный обвинитель изменил предъявленное обвинение подсудимому, квалифицировав его действия как неоконченное преступление, то есть по ч. 3 ст. 30 и п. "г" ч. 3 ст. 228.1 УК РФ в виду того, что сбыт героина происходил в рамках оперативно–розыскного мероприятия "проверочная закупка".

Судебным следствием установлено, что 22 августа 2008 года в дневное время для проведения профилактической беседы в здание Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области оперуполномоченным госнаркоконтроля С. был вызван А., систематически злоупотребляющий наркотическими средствами, который после этой беседы написал заявление о том, что желает изобличить в сбыте героина мужчину по имени М. (К.), проживавшего рядом с ним по соседству, так как несколько раз приобретал у того наркотическое средство. В этот же день оперуполномоченный С. вынес постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", по которому А. была поручена закупка наркотического вещества у вышеуказанного лица. Для этого, в присутствии понятых, специальным люминесцентным веществом были помечены денежные купюры на общую сумму 14 000 рублей, о чем был составлен протокол. Эти деньги без понятых были переданы А., который, находясь в помещении Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, по указанию сотрудников госнаркоконтроля, созвонился с К., договорился с ним о встрече в поселке "Березки" в г. Магнитогорске. После встречи с ним, А. сообщил сотрудникам госнаркоконтроля, что передал К. 14 000 рублей с тем, чтобы тот продал ему 10 условных грамм героина, но последний попросил еще 7000 рублей, сказав, что переданной суммы недостаточно. В этот же день, в здании Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области в присутствии понятых были "помечены" еще 7 000 рублей и без понятых переданы А., который, как и его автомобиль, не были досмотрены перед очередной встречей с К.. Находясь в своем доме, А. по телефону договорился с К. о встрече в поселке "имени Димитрова" в г.Магнитогорске, на которую приехал на своей автомашине. Поговорив с А. в автомобиле последнего, К. направился к себе домой. По пути следования он был задержан сотрудниками госнаркоконтроля. Ему на руки надели специальные средства наручники и он в течение несколько часов, в окружении сотрудников Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, дожидался в оперативной автомашине оперативную группу, по прибытию которой, он заявил в присутствии следователя и понятых, чтобы в отношении него провели личный обыск на предмет отсутствия при нем запрещенных средств в гражданском обороте, но в этом ему безмотивно было отказано. После чего, в доме К. стал проводиться обыск, на основании вынесенного следователем постановления, который в дальнейшем судом был признан законными обоснованным. В ходе проведения обыска, участники которого по протоколу были сотрудники госнаркоконтроля Ш., Г., а также К., без разрешения следователя вышли во двор дома, откуда через некоторое время стал доноситься крик К. о том, что ему сотрудники госнаркоконтроля что-то подкинули. В это время, следователем обыск в доме был прерван и проведен личный обыск К., который судом также был признан законным. В ходе личного обыска у К. были обнаружены "меченные" деньги в сумме 5 500 рублей, которые сотрудники госнаркоконтроля передали А. для передачи К. во время второй встречи. В дальнейшем в ходе производства обыска в доме и надворных постройках не были обнаружены наркотические средства и денежные средства в сумме 14 000 рублей, которые были использованы во время оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка". А. после встречи с К.,в сопровождении сотрудников госнаркоконтроля, был доставлен в здание Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, где добровольно выдал 1 500 рублей, оставшиеся от закупки наркотического средства и сверток с героином массой 8,130 грамма, который он якобы приобрел у К., по указанию последнего, взял его на улице в тайнике.

Подсудимый К. виновным себя по предъявленному обвинению не признал, указал на то, что наркотическое средство не сбывал и распространением наркотических средств никогда не занимался.

В судебном заседании были заслушаны показания подсудимого, свидетелей обвинения и защиты, исследованы письменные доказательства, анализ которых изложен в приговоре.

Подсудимый К., подтвердивший свои показания данные во время предварительного расследования и в судебном заседании 25 ноября 2008 года, пояснил, что познакомился с А. на автомобильном рынке г.Магнитогорска, так как хотел приобрести у того автомашину. Но документы на автомобиль у него не были готовы, поэтому они договорились, что, как только А. соберет все документы, он ему позвонит, они встретятся. 22 августа 2008 года А. позвонил ему, сказал, что документы на автомашину готовы. Они договорились о встрече. Он вышел из дома, подошел к автомашине А., которая стояла около магазина "Чулпан", то есть рядом с его домом, сел в нее. А. показал ему все документы на автомашину. Он посмотрел, но среди них не было квитанций об оплате штрафной автомобильной стоянки, что значительно увеличивало стоимость приобретаемого автомобиля, поэтому он сказал, чтобы тот собрал все документы и, тогда он будет решать вопрос о покупке его автомобиля, на котором тот приехал к нему на встречу. Он вышел из автомашины, пошел в сторону своего дома и, не доходя до него метров двадцать, на него накинулось двое мужчин, которые повалили его на землю, одели на руки наручники, которые с него больше не снимали. В это время к ним подъехала автомашина, в которую его посадили и увезли к его дому. В этой автомашине он находился около двух часов. Когда приехала следователь, то его завели во двор дома. Следователь зачитала постановление о производстве обыска в его доме, предложила выдать имеющиеся запрещенные в гражданском обороте предметы. Он сказал, что у него таких предметов нет, как и нет денег, нажитых преступным путем, попросил провести в отношении него личный обыск, но этого не было сделано. Его завели в дом, где он находился в наручниках в гостиной, около окна, во время проведения обыска. Рядом с ним стоял сотрудник госнаркоконтроля Г., который постоянно держал его за наручники. К ним подошел Ш., который спросил у Г.: "Где деньги?" То сказал, что в автомашине. Ш. вышел из дома, а когда вернулся обратно, сказал ему выйти на улицу поговорить, но он отказался. Тогда Ш. с Г. насильно его вытолкали из дома во двор, затащили в баню, где Ш. сказал: "Нет денег? Сейчас будут!" и показал ему деньги, сказав, что они будут у него в кармане. Он по инерции выхватил деньги, стал их мять, кричать. Сотрудники госнаркоконтроля стали с ним бороться. Г. ударил его несколько раз рукой по телу. Ш. в это время положил ему в задний карман брюк деньги. Он стал сильно кричать от беспомощности, боли, истерики. Из бани его волоком потащили в дом. На его крик, на улицу вышли все лица участвовавшие в обыске. Его завели в дом, где все это время продолжался обыск в его отсутствие. Через некоторое время оперуполномоченные госнаркоконтроля провели у него личный обыск, в ходе которого из заднего кармана брюк достали деньги. В этот день он денег от А. не получал, наркотические средства никогда не сбывал. У последнего перед ним имелся денежный долг.

Свидетель С., бывший сотрудник Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, пояснил, что с 2006 года, то есть с того времени, как стал работать в госнаркоконтроле, он знал, что подсудимый и его жена занимаются сбытом наркотических средств в особо крупных размерах из своего дома № 2/1, расположенного по ул. Шубина в г. Магнитогорске. Они торговали героином килограммами. На вопрос суда: "Почему жена подсудимого, торгующая наркотическими средства в течении десяти лет, до настоящего времени не изобличена в их сбыте, при постоянном поступлении такой оперативной информации?", он объяснить не смог. Он же указал на то, что розничная цена одного условного грамма героина на "черном" рынке г. Магнитогорска составляет 2 000 рублей. А., ранее задерживался сотрудниками правоохранительных органов, привлекался к уголовной ответственности за содержание наркопритона, имеет судимости в связи с чем Магнитогорским МРО УФСКН РФ по Челябинской области был поставлен на оперативный учет. С такими лицами сотрудники госнаркоконтроля периодически проводят профилактические мероприятия, во время которых, как правило, получают оперативную информацию о наркоторговцах. 22 августа 2008 года в дневное время для профилактической беседы в здание Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области был вызван А.. Во время беседы тот сообщил, что приобретает героин у мужчины по имени М., в дальнейшем было установлено, что это К.. Он смог его убедить в том, чтобы тот оказал содействие сотрудникам госнаркоконтроля в изобличении Мити в сбыте наркотических средств, сказав, что в случае отказа по нему будет проводиться соответствующая работа в связи с чем его посадят и накажут. А. мог отказаться от своего участия в этом мероприятии, так как не был задержан, но согласился помочь, а мотивы, по которым тот это сделал, его не интересовали. Получив согласие А., он об этом доложил своему руководству. Начальник отдела Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области решил выделить для проведения "проверочной закупки" наркотического средства 14 000 рублей, потому что на 2 000 рублей или 3 000 рублей подсудимый не продал бы А. героин, так как не занимался розничным сбытом. Почему подсудимый, по показаниям А., продавал тому по одному условному грамму героина, он не знает и не может это объяснить. Пометка денежных купюр на сумму 14 000 рублей является редким случаем. Указанную сумму денег он пометил и составил протокол в присутствии понятых, передал их без участия последних по расписке А., который перед этим был досмотрен, и у него не было обнаружено наркотических и денежных средств. После этого А. Из здания МагнитогорскогоМРО УФСКН РФ по Челябинской области позвонил подсудимому, договорился с ним о встрече и ему перед встречей негласно передали звукозаписывающую аппаратуру, о чем не составлялся протокол. С этого времени последний всегда находился в поле его зрения. Если тот исчезал, то за ним наблюдал другой сотрудник госнаркоконтроля. Перед второй передачей денежных средств подсудимому автомашину А. без понятых досматривал Ш. Так, было сделано, чтобы не привлекать внимания окружающих, не сорвать оперативно-розыскное мероприятие "проверочная закупка", потому что рядом находился подсудимый, мог все это увидеть. Вовремя первой встречис подсудимым он видел, как А. передал 14 000 рублей последнему. При второй встрече он видел, что К. и А. подъехали на автомашине, из которой вышел последний, подошел к кустам, нагнулся, что-то поднял. Затем по радиоэфиру М. передал, что А. взял товар, пошел в сторону автомашины. Он же указал на то, что если при проведении неудачного оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" пропадут "меченные" деньги и не будет изъято наркотическое средство из незаконного оборота, то, в этом случае, проводится служебное расследование, а утраченные государственные возмещают из собственных средств оперуполномоченные, участвовавшие в этом мероприятии. В дальнейшем это отражается на материальном стимулировании сотрудников, если оперативно-розыскное мероприятие провалилось. В случае с подсудимым, когда были утрачены денежные средства в сумме14 000 рублей, сотрудникам Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области не пришлось отдавать свои деньги, так как наркотическое средство у подсудимого было изъято, то есть оно выбыло из незаконного оборота. Этого было достаточно для того, чтобы по акту списать утраченные деньги. Во время передачи второй части "меченных" денежных средств, никто уже не думал и не подсчитывал, что стоимость полученного наркотика окажется выше розничной стоимости, хотя фактически этот героин должен быть продан по оптовой цене. Утраченные 14 000 рублей планировалось изъять у подсудимого во время обыска, но их не нашли. Он же дополнил, что в Магнитогорском МРО УФСКН РФ по Челябинской области деятельность каждого оперуполномоченного оценивается по выявленным фактам сбыта наркотического средства. За месяц по плану необходимо выявить не менее двадцати пяти фактов сбыта наркотического средства, что в среднем составляет на человека три выявленных факта сбыта. Если сотрудник госнаркоконтроля не выявит положенные ему по норме факты сбыта наркотического средства, то его невыполненная норма перекладывается на других сотрудников отделения, поэтому ему приходилось прибегать к профилактическим беседам с наркоманами, как это произошло с А..

В уголовном деле имеется приговор суда от 24 июля 2009 года, по которому С. во время профилактической беседы заставил конкретное лицо участвовать в проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" и суд признал его действиями как провокационные в связи с чем действия осужденного были переквалифицированы со сбыта наркотического средства на ч. 1 ст. 228 УК РФ.

Из оглашенных показаний свидетеля А., данные им во время предварительного расследования, в судебных заседаниях 08 декабря 2008 года, 02 сентября 2009 года, видно, что он познакомился с подсудимым в феврале 2008 года во время продажи своего автомобиля. О том, что у него можно было приобрести героин, он узнал от знакомого употребляющего наркотические средства. В июне 2008 года к нему домой пришел подсудимый. Они разговаривали о том, что у него можно купить героин. После этого он несколько раз приобретал у подсудимого героин. Каждый раз тот не передавал ему героин из рук в руки, а называл место, куда его положил. Героин всегда находился недалеко от места их встречи. Наркотическое средство он всегда отдавал ему только за деньги в разном количестве, в зависимости от наличия у него денежных средств. 22 августа 2008 года он решил оказать содействие сотрудникам госнаркоконтроля в изобличении подсудимого в сбыте наркотических средств в связи с чем под контролем этих сотрудников позвонил подсудимому, договорился с ним о встрече. Встретившись, он передал подсудимому полученные от сотрудников госнаркоконтроля денежные средства в сумме 14 000 рублей. Но тот сказал, чтобы он приготовил к вечеру еще 7 000 рублей, после чего передаст ему 10 условных грамм героина. Ранее он приобретал у него героин из расчета 2 000 рублей за один условный грамм. Он сообщил об этом сотрудникам госнаркоконтроля. Те передали ему еще 7 000 рублей, после чего, он вновь позвонил подсудимому, договорился о встрече. Во время встречи, на перекрестке улиц Коммунаров и Щербакова в г. Магнитогорске, он передал в своем автомобиле подсудимому за наркотик5 500 рублей и эта сумма его устроила. По указанию подсудимого он приехал к перекрестку улиц Минской и С. Перовской в г. Магнитогорске, где тот указал на кусты, находящиеся около дороги, сказал, чтобы он оттуда забрал героин. Подсудимый ушел, а он обнаружил в кустах полиэтиленовый сверток с героином. В это время никто не видел, как он брал сверток с героином. Отсюда он поехал домой. По дороге к нему в автомашину сел сотрудник госнаркоконтроля и он сообщил ему, что произвел закупку наркотического средства. Они приехали в помещение Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, где он добровольно выдал приобретенный героин и оставшиеся от закупки деньги в сумме 1 500 рублей. Он же уточнил, что договорился с подсудимым о покупке 10 условных грамм героина, так как большую массу героина покупать выгодней, чем маленькими дозами, потому что дешевле. Ранее он покупал героин для личного употребления у разных людей. Почему он стал покупать героин у подсудимого, и почему решил его изобличить в незаконном сбыте наркотического средства, он в судебном заседании объяснить не смог. Он же обратил внимание суда на то, что перед проведением оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" его автомобиль, как и его перед второй встречей с подсудимым не досматривали, и он не уверен в том, что сотрудники госнаркоконтроля передали ему "меченные" деньги.

В уголовном деле имеется собственноручное заявление А. от 22 августа 2008 года, в котором тот указывает на то, что неоднократно приобретал наркотическое средство у мужчины по имени Митя, желает участвовать в проведении проверочной закупки наркотического средства у этого мужчины.

Согласно постановлению о проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", 22 августа 2008года А. было поручено проведение "проверочной закупки" наркотического средства у не установленного мужчины по имени М. в г. Магнитогорске в рамках проводимого оперативно-розыскного мероприятия.

Из протокола осмотра денежных купюр, проведенного в этот же день, то есть 22 августа 2008 года в 11 часов 20 минут, видно, что двадцать семь денежных купюр, предназначенные для проведения "проверочной закупки" наркотического средства, достоинством по 100, 500 и 1 000 рублей, а всего на общую сумму 14 000 рублей были осмотрены, обработаны люминесцентным средством, их номера и серии занесены в настоящий протокол,а затем переданы под расписку А..

Из оглашенных показаний свидетеля В., данные им во время предварительного расследования и в судебном заседании 25 ноября 2008 года, видно, что он был понятым во время осмотра денежных купюр достоинством 100, 500 и 1 000 рублей на общую сумму 14 000 рублей, предназначенные для проведения "проверочной закупки" наркотического средства. Он же указал на то, что денежные купюры были обработаны специальным средством, от которых происходило свечение в ультрафиолетовом освещении. Эти денежные средства в его присутствии сотрудник госнаркоконтроля никому не вручал. Кроме того, при пометке денежных купюр сотрудник госнаркоконтроля показал ему запечатанный конверт и сказал, что в нем находится наркотик. Для чего он ему это сказал, он не знает.

В 17 часов 22 августа 2008 года были осмотрены еще десять денежных купюр, предназначенные для проведения "проверочной закупки" наркотического средства, достоинством 500 и 1 000 рублей, а всего на общую сумму 7 000 рублей, которые были обработаны люминесцентным средством, их номера и серии занесены в настоящий протокол,а затем вновь переданы под расписку А..

Из оглашенных показаний свидетелей Н., М., данные ими во время предварительного расследования и в судебном заседании 08 декабря 2008 года, видно, что они были понятыми во время осмотра денежных купюр достоинством 500 и 1 000 рублей на общую сумму 7 000 рублей, около 17 часов в августе 2008 года. Денежные купюры обработали специальным средством, сняли с них ксерокопии, номера и серии купюр занесли в протокол. Для чего все это делалось, сотрудник госнарконтроля Н. не пояснял и в его присутствии эти денежные средства никому не передавал.

В ходе личного досмотра, проведенного 22 августа 2008 года в период с 11 часов 00 минут до 11 часов 10 минуту А. не было обнаружено предметов, запрещенных к гражданскому обороту.

Во время личного досмотра, проведенного 22 августа 2008 года в период с 22 часов 20 минут до 22 часов 30 минут, у А. в левом кармане куртки был обнаружен сверток из полимерной пленки с порошкообразным веществом внутри. В правом кармане куртки были обнаружены две денежные купюры достоинством 500 и 1 000 рублей. В дальнейшем денежные купюры и наркотическое средство были осмотрены и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств. В ходе этого действия А. пояснил, что изъятое у него вещество, является героином, которое он приобрел в этот день в 19 часов 30 минут у мужчины по имени М. на ул. Минская в г. Магнитогорске за 19 500 рублей во время проведения оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка". Оставшиеся деньги в сумме 1 500 рублей им не были использованы.

Из оглашенных показаний свидетеля Б., данные им во время предварительного расследования и в судебном заседании 08 декабря 2008 года, видно, что он был понятым при производстве личного досмотра А.. Во время этого действия последний добровольно выдал, имевшийся при нем героин и деньги купюрами по 500 и 1 000 рублей на общую сумму 1500 рублей, указал на то, что наркотическое средство он приобрел у мужчины по имени М. по ул. Минской в г. Магнитогорске за 19 500 рублей. Деньги в сумме 1 500рублейонвыдалкакнеиспользованные.После того, как А. все выдал, сотрудники госнаркоконтроля его не досматривали.

По заключению комплексной судебно-криминалистической экспертизы вещество, добровольно выданное А. в полимерном свертке во время его личного досмотра 22 августа 2008 года, является наркотическим средством – смесью, в состав которой входит моноацетилморфин и героин. Суммарная масса смеси составляет 8,130 грамма. На поверхности полимерного свертка с веществом внутри, следы рук не обнаружены.

Специалист А. пояснил, что на полиэтиленовом свертке могли быть не обнаружены следы рук при обработке носителя специальными порошками. На обнаружение следов рук влияют различные факторы, как поверхность предмета (глянцевая, шершавая), биологические особенности человека, связанные с его потоотделением и занятием (при физическом труде поверхности ладоней огрубевают и практически не оставляют следов), температура окружающей среды (при высокой температуре оставленные следы на поверхности носителя испаряются быстрее). Он же указал на то, что не знает, может ли люминесцентное средство передаваться при физическом контакте от одного человека к другому.

22 августа 2008 года в период с 22 часов 55 минут по 00 часов 40 минут был проведен обыск в доме, расположенного в г. Магнитогорске, где проживал подсудимый. В ходе этого следственного действия последний заявил, что сотрудники госнаркоконтроля положили что-то в задний карман его брюк. В связи с этим обыск в жилище был приостановлен и проведен личный обыск подсудимого. После чего указанное следственное действие обыск в жилище был продолжен, во время которого в доме ничего не было обнаружено. По окончанию обыска подсудимый сделал заявление, что просил провести его личный обыск до производства обыска в жилище сразу же после объявления ему следователем постановления.

Постановлением суда от 24 августа 2008 года вышеуказанное производство обыска в жилище и нижеуказанный личный обыск подсудимого были признаны законными.

Из протокола личного обыска подсудимого, проведенного 22 августа 2008 года в период с 23 часов 35 минут по 23 часов 58 минут, видно, что в правом заднем кармане брюк последнего были обнаружены и изъяты восемь денежных купюр достоинством 500 и 1 000 рублей, всего на общую сумму 5 500 рублей, номера и серии которых совпадали с данными, указанными во время их осмотра перед проведением оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка". Подсудимый отказался подписывать этот процессуальный документ без объяснения причин.

23 августа 2009 года в период с 02 часов 30 минут по 02 часа 50 минут подсудимый в помещении Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области был освидетельствован при помощи лампы ультрафиолетового свечения ОЛД 41. При освещении ладоней и пальцев рук этой лампой на левой кисти К. были выявлены неровные пятна желто-зеленого свечения. Аналогичные пятна имелись на ногтевых фалангах его левой руки с внутренней стороны ладони, а также на средней и основной фаланге мизинца и у основного большого пальца. На правой руке К. выявлены по центру ладони множество пятен неровной формы аналогичного свечения и на мизинце.

Из оглашенных показаний свидетеля К., данные им во время предварительного расследования и в судебных заседаниях 25 ноября 2008 года, 04 августа 2009 года, видно, что он был понятым во время производства обыска в доме подсудимого. Перед производством указанного следственного действия подсудимому и его жене предложили добровольно выдать запрещенные в гражданском обороте предметы, но те сказали, что таковых не имеется. Подсудимый, после оглашения ему постановления, просил его обыскать перед проведением обыска в жилище, но ему в этом отказали. Последний во время обыска в доме стоял около окна в гостиной. Через какое-то время он услышал доносившийся с улицы крик подсудимого, увидел, что того вели со стороны бани двое оперуполномоченных госнаркоконтроля. Когда сотрудники госнаркоконтроля последнего в наручниках затащили под руки в дом то, тот кричал, что ему что-то засунули в карман. Наручники у подсудимого были одеты на него спереди. Также наручники одели на руки его жене, так как та стала за него заступаться. Подсудимого досмотрели только через 30 минут как привели в дом. После этого обыск в доме был продолжен, во время которого ничего не было обнаружено. Во время личного обыска подсудимого оперуполномоченные госнаркоконтроля в заднем кармане его брюк обнаружили денежные средства купюрами по 100 и 500 рублей на общую сумму 5 500 рублей, номера и серии которых при сверке с протоколом совпадали. Кроме того, от этих денежных купюр в ультрафиолетовом свете проявлялось свечение. Подсудимый по поводу изъятых у него денег ничего не пояснял, подписывать протокол отказался. Во время проведения обыска в доме подсудимый с сотрудниками госнаркоконтроля отсутствовал около десяти минут.

Из оглашенных показаний свидетеля И., данные им во время предварительного расследования и в судебных заседаниях 25 ноября 2008 года, 04 августа 2009 года, принимавшего участие в качестве понятого во время производства вышеуказанных следственных действий, видно, что он дал такие же показания по вышеуказанным обстоятельствам, что и вышеуказанный свидетель.

Из оглашенных показаний свидетеля Ф., данные в судебном заседании 08 декабря 2008 года, видно, что 22 августа 2008 года она пришла в гости, в дом к К.. В это время пришли сотрудники милиции, зашли в дом. Через некоторое время приехал следователь, который стал оглашать постановление о производстве обыска. В это время сотрудники милиции завели подсудимого, на котором были одеты наручники. На плечи последнего был накинут пиджак. Тот скинул его, попросил, чтобы его обыскали, но сотрудники милиции отказались это делать, завели его в дом, где тот стоял около окна. Во время проведения обыска через некоторое время сотрудник милиции взял за руку подсудимого, сказал, что им надо выйти поговорить и они вышли на улицу. Обыск в доме в это время продолжался. Она услышала, что подсудимый кричал на улице, что ему засовывают деньги. Она вместе с женой подсудимого вышли на улицу, увидели, что двое сотрудников милиции под руки вели подсудимого в дом. В доме последнего досмотрели и сотрудники милиции сообщили, что у того обнаружили "меченные" деньги.

Из оглашенных показаний свидетеля Е., данные в судебном заседании 08 декабря 2008 года, видно, что в августе 2008 года он пришел домой к К., чтобы взять хлеба, но здесь был задержан сотрудниками милиции, которые надели на его руки наручники, поместили предбанник. Отсюда он видел, как через некоторое время во двор дома завели подсудимого в наручниках. Последний скинул с себя кофту, закричал, чтобы его обыскали, но сотрудники милиции отказались это сделать. Когда приехал следователь, то его отпустили. Он зашел во двор дома к соседям, из которого было хорошо видно, что происходило около дома подсудимого. Он видел, что все, кто находился во дворе, зашли в дом. Через десять минут он увидел, как подсудимого в наручниках вывели из дома, завели в баню. Он слышал, как оттуда доносился шум, крик: "У тебя нет денег? Сейчас будут!" Подсудимый в это время кричал, что ему что-то засовывают в карман. Затем из бани подсудимого опять завели в дом.

Из оглашенных показаний свидетеля П., данные в судебных заседаниях 08 декабря 2008 года и 02 октября 2009 года, видно, что 22 августа 2008 года она, находясь около своего дома, видела, как подсудимый шел со стороны магазина в сторону своего дома. В это время из кустов выскочили двое парней, подбежали к нему, повалили того на землю, одели на руки наручники, подняли ему руки вверх и повели в сторону ул. Шубина в г. Магнитогорске. Кроме того, она видела, как пять человек побежали к дому подсудимого.

Из оглашенных показаний свидетеля Г., начальника отделения Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, данные им в судебном заседании 23 сентября 2009 года, видно, что 22 августа 2008 года было проведено оперативно-розыскное мероприятие "проверочная закупка" в отношении подсудимого. Перед вечерней встречей покупателя с подсудимым ему сообщили по радиостанции, что последний вышел из дома и, двигаясь по ул. Минская в г. Магнитогорске, что-то положил под кусты. Предположив, что подсудимый будет возвращаться домой этим же маршрутом, он сделал расстановку личного состава и ждал команду на задержание последнего. Когда он услышал по рации, что передача наркотического средства произошла, то было принято решение о задержании подсудимого, который был задержан на полпути от места закладки наркотического средства и его домом. Подсудимого посадили в служебную автомашину, подъехали к его дому, стали дожидаться приезда оперативной группы, которая приехала через два часа. Оперуполномоченные нашли понятых, стали проводить обыск в доме, но там наркотических средств не нашли. Во время обыска подсудимый стоял около окна. Рядом с ним стоял Ш.. Потом оба вместе вышли на улицу. Он пошел за ними, стоял на крыльце. Отойдя от дома на расстояние около восьми метров, подсудимый предпринял попытку бежать, но Ш. схватил его. Тот стал кричать, полез в карман своих джинсов. Он подбежал к ним, вытащил руку подсудимого из кармана. Начался шум. Стали кричать жена подсудимого и родственница последней. Когда подсудимого завели в дом, то тот стал привлекать внимание понятых, что ему якобы подбросили деньги в карман.

Свидетель Ш., начальник отделения Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, подтвердивший свои показания данные во время предварительного расследования, в судебных заседаниях 25ноября2008года,04августа2009года,23сентября2009года,пояснил, что ему с конца 90 – х годов известно из оперативных источников информации, что подсудимый вместе с женой занимаются сбытом наркотических средств. Сотрудникам госнаркоконтроля в течение ряда лет удалось привлечь к уголовной ответственности лиц, которые с подсудимым занимались сбытом героина. В августе 2008 года к нему подошел оперуполномоченный С., который в настоящее время в Магнитогорском МРО УФСКН РФ по Челябинской области не работает. По какой причине последний сменил место работы, Ш. суду отвечать отказался, сославшись на разглашение государственной тайны. С. Сказал ему, что есть человек по фамилии А., который желает изобличить К. в сбыте наркотического средства и участвовать в оперативно-розыскном мероприятии "проверочная закупка". Для этой цели были помечены денежные средства в сумме 14 000 рублей. А. созвонился с подсудимым. Последний назначил тому встречу. Он осуществлял визуальное наблюдение за первой встречей подсудимого и А., где последний передал тому "меченые" деньги в сумме 14 000 рублей. Вернувшись к нему, А. сказал, что подсудимый просит еще 7 000 рублей, после чего отдаст ему 10 условных грамм героина. После этого, пометили еще 7 000 рублей для передачи подсудимому. Перед первой встречей с подсудимым А. был досмотрен. Перед второй встречей последнего не досматривали, так как он всегда находился в поле их зрения. Автомашина А. также не досматривалась. Ход второй встречи А. И подсудимого контролировали он, С., М.. Последний, находясь в надворных постройках дома, расположенного в г. Магнитогорске, осуществлял визуальное наблюдение и контролировал все действия подсудимого с расстояния сорока метров, видел, как тот положил в кусты сверток с героином. Перед производством обыска в доме, личный обыск подсудимого, по просьбе последнего, не был проведен, по той причине, что в это время не было еще понятых. Деньги подсудимому никто не подбрасывал. Он вышел с подсудимым на улицу, так как тот попросил с ним поговорить, где просил не проводить обыск в доме. Они поговорили около трех минут, после чего подсудимый пытался бежать. В это время к ним подбежал Г., задержал подсудимого, на руках которого были одеты наручники. Тот стал кричать, что ему подкинули деньги. В это время никто из дома на улицу не выходил. Он считает, что в отношении подсудимого была проведена успешная спецоперация, так как наркосбытчик был задержан, изъят героин. Он же указал на то, что переданные подсудимому деньги в сумме 14 000 рублей, которые были государственными, не были обнаружены. В случае утраты денег при проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" и отсутствия результата, то есть необнаружения наркотического средства, проводится служебная проверка. Далее Ш. отказался отвечать суду на вопросы о том, какие санкции следуют в этом случае к сотрудникам госнаркоконтроля, ссылаясь на государственную тайну. Он же уточнил, что в его практике были случаи, когда во время оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" продавцу передавались деньги, с которыми он скрывался, не передавая покупателю наркотическое средство. В таких случаях ему и сотрудникам госнаркоконтроля приходилось отдавать свои личные деньги.

Свидетель М., оперуполномоченный Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, пояснил, что из различных оперативных источников ему известно, что подсудимый и его жена занимаются сбытом героина. Оперуполномоченным сотрудником госнаркоконтроля С. была проведена соответствующая работа, следствием которой явилось участие А. в проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" у подсудимого наркотического средства. За ним был закреплен сектор для визуального наблюдения от дома, в котором проживал подсудимый до места встречи последнего с А.. 22 августа 2008 года он осуществлял визуальное наблюдение, находясь на надворных постройках, расположенных во дворе дома в г. Магнитогорске. В дневное время по радиоэфиру он получил сообщение, что подсудимый двигался по ул. Минской в сторону ул. С. Перовской. Он находился недалеко от этого перекрестка и видел, как последний, подходя к перекрестку, подошел к зарослям кустарника, нагнулся, что-то туда положил и пошел к магазину на встречу. Он по радиоэфиру передал под наблюдение подсудимого дальше другим сотрудникам. Встречу подсудимого и А. он не видел. Через некоторое время он получил сообщение по рации, что подсудимый вместе с А. на автомашине последнего следует в зону его наблюдения. К этому перекрестку подъехала автомашина за рулем, который был А.. Последний вышел из автомашины, подошел к этим кустам, что-то искал. Он не смог найти, спросил что-то у подсудимого, который из автомашины стал его ориентировать жестами. После чего А. что-то поднял, подошел к автомашине и, только после этого, подсудимый вышел из автомашины, пошел в сторону своего дома. Он же указал, что принимал участие в производстве обыска в доме подсудимого. Перед его производством подсудимый не просил, чтобы его обыскали. Во время проведения обыска последний попросил поговорить со старшим группы, после того, как следователь сообщил, что в доме также будут искать "меченные" деньги. После этого подсудимый вышел во двор дома с Ш.. Он продолжал осматривать комнату и не слышал, что бы с улицы доносился крик. Через пять минут в дом зашли Ш., Г., подсудимый. Последний стал кричать, чтобы у него провели личный обыск, так как ему что-то подкинули. Он знает, что, находясь на улице, подсудимый пытался скрыться от сотрудников госнаркоконтроля.

Свидетель П. Пояснила, что проживает в доме, расположенного в г. Магнитогорске. Она знает подсудимого как жителя поселка имени "Димитрово", который проживает от ее дома через несколько улиц. 22 августа 2008 года с утра она пасла коз. В девятом часу к ней подошел сотрудник милиции по имени Т., который попросил у нее разрешения понаблюдать за кем-то с ее надворных построек. Рядом с ее домом находится дом, расположенный по ул. С. Перовской, в котором проживают цыгане, торгующие наркотиками. По ул. С. Перовской ее собака постоянно находила в кустах и траве пакетики с наркотическим средством. Она думала, что сотрудник милиции будет следить за этим домом. Она разрешила ему. Тот залез на сеновал. Что он там делал, сколько пробыл времени и когда ушел, она не знает. Когда она узнала, что был задержан подсудимый за сбыт наркотических средств, то была от этого известия в шоке, так как не предполагала, что тот может этим заниматься.

Свидетель Ф., следователь Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, пояснила, что заканчивала производство по данному уголовному делу. Перед выполнением требований ст. 217 УПК РФ она одновременно нумеровала листы и делала опись листов уголовного дела. Поручение на производство личного обыска оказалось не пронумеровано вследствие технической ошибки, так как этот лист мог прилипнуть к другому листу дела. При ознакомлении с уголовным делом стороной защиты она видела, что в уголовном деле было поручение на производство личного обыска, но не заметила, что оно не было пронумеровано. Она же не смогла объяснить суду, почему ее руководитель, проверяя уголовное дело перед отправлением его в прокуратуру для утверждения обвинительного заключения, надзирающий прокурор не увидели того, что поручение на проведение личного обыска не было пронумеровано. Обозрев этот лист и находящиеся рядом с ним другие листы уголовного дела, Ф. указала на то, что на этих листах отсутствуют следы нарушения целостности структуры поверхности бумаги, характерные для склеивания. Она же дополнила, что перед выполнением требований ст. 217 УПК РФ передала стороне защиты для ознакомления уголовное дело в подшитом виде, но без описи листов дела, которую она подшила перед отправлением дела прокурору района. При обозрении уголовного дела Ф. не смогла показать суду на следы подшивания описи дела к ранее подшитому уголовному делу в виду их отсутствия.

Свидетель Б., следователь Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, пояснила, что в ее производстве данное уголовное дело находилось два дня. Она возбудила уголовное дело на основании представленного ей материала и провела обыск в жилище подсудимого. Перед проведением этого следственного действия она зачитала постановление о производстве обыска, предложила подсудимому выдать запрещенные в гражданском обороте предметы, сделав акцент на наркотические средства. Тот сказал, чтобы его осмотрели сейчас, так как у него и в доме нет наркотиков. Она объяснила понятым, что будет проводиться обыск, после чего стали осматривать комнату. В ходе проведения обыска она напомнила оперативным сотрудникам, что надо искать, в том числе, указала и на деньги. Подсудимый находился сзади нее. Она боковым зрением заметила, что последний в сопровождении оперативного сотрудника тихо вышел во двор, так как хотел сообщить какую-то информацию. Она не спросила, куда и зачем вывели подсудимого, не прервала обыск, продолжила его в отсутствие заинтересованного лица, оперативных сотрудников, которые были записаны в протокол обыска как лица, принимавшие в нем участие. Через пять минут она услышала крик, доносившийся со двора дома. Она выглянула, увидела подсудимого, Ш. и еще кого-то из оперативных сотрудников. Она потребовала, чтобы те вернулись в дом. Когда комната была осмотрена, подсудимый стал заявлять, что ему что-то подкинули. Она позвонила своему руководителю и тот дал указание о проведении личного обыска подсудимого о чем был составлен протокол. Сама она не могла проводить личный обыск подсудимого в виду разности полов. Производство личного обыска подсудимого было признано законным постановлением Ленинского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области. Она же не смогла объяснить, почему в деле о признании проведенного личного обыска законным, отсутствует поручение о его производстве. После оглашения судом ст. 38 УПК РФ Б. не смогла объяснить суду, зачем ей требовалось разрешение руководства на производство личного обыска подсудимого. Далее Б. стала давать путаные показания, указывая на то, что дала оперативным сотрудникам устное поручение о проведении личного обыска подсудимого, а по приезду в здание Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области в этот же день оформила письменное поручение. Затем она же указала на то, что письменное поручение дала оперативным сотрудникам на месте, но не смогла объяснить суду, почему в таком случае на этом поручении имеется резолюция руководителя Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области от 22 августа 2008 года, не принимавшего участия в вышеуказанных событиях.

По ходатайству стороны обвинения, под конвоем сотрудников госнаркоконтроля, в судебное заседание был доставлен свидетель О., находящийся в данное время в следственном изоляторе № 2 г.Магнитогорска Челябинской области, в связи с его осуждением тремя федеральными судами, который указал на то, что в 2006 году два – три раза приобретал у подсудимого героин. Каждый раз подсудимый брал у него деньги и уходил. Через некоторое время он возвращался и передавал ему героин. Он знает от своих знакомых, что те также приобретали у подсудимого наркотические средства. Отвечая на вопросы суда, О. пояснил, что к нему в следственный изолятор приехали сотрудники госнаркокотроля, спросили у него о том, приобретал ли он у подсудимого героин. На что он дал утвердительный ответ. Те попросили его дать показания в суде по данному факту и он согласился это сделать. Исходя из своей гражданской позиции, он согласился изобличить подсудимого как наркоторговца. Почему он ранее этого не сделал, О. суду объяснить не смог. Ранее у него с подсудимым ссор и конфликтов не было.

В уголовном деле имеется приговор суда от 05 февраля 2010 года, из которого видно, что О. участвовал в проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" с целью изобличения П. в сбыте наркотических средств. Допрошенный в судебном заседании О. отказался от своих показаний, данных им во время предварительного расследования, где он изобличал П..

Суд, оценив все представленные сторонами доказательства в их совокупности, считает, что вина подсудимого по предъявленному обвинению в незаконном обороте наркотического средства не доказана и выводы суда основываются на следующем.

Факт сбыта подсудимым наркотического средства в особо крупном размере стороной обвинения построен на сомнительных и противоречивых доказательствах.

Подсудимый последовательно на протяжении всего предварительного расследования и судебного следствия указывал на то, что не занимался сбытом наркотических средств и не сбывал героин 22 августа 2009 года.

Суд критически относится к показаниям и действиям А., который не смог объяснить суду, почему он решил добровольно сотрудничать с работниками госнаркоконтроля с целью изобличения подсудимого в незаконном обороте наркотических средств, лишая себя, таким образом, гарантированного, надежного источника приобретения героина, который находился рядом с ним, по месту жительства. Он не смог объяснить суду и то, почему он указал на подсудимого как наркосбытчика, хотя наркотические средства приобретал у различных лиц, но в выдаче последних не участвовал и не называл их фамилии, адреса. Действия этого свидетеля связанные с изобличением подсудимого, по мнению суда, выглядят нелогичными, так как в судебном заседании было установлено, что между этими лицами отсутствовали неприязненные отношения, ссоры, конфликты, следовательно, отсутствовала причина для "сдачи" подсудимого сотрудникам госнаркоконтроля. Напротив, в суде было установлено, что А. было стыдно перед подсудимым за совершенные в отношении него действия и он просил сотрудников госнаркоконтроля не задерживать последнего в его присутствии.

Кроме того, как считает суд, А., действуя добровольно, сам бы явился в здание Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области, а не ждал, когда его туда вызовут, и, после профилактической беседы с ним, изъявит желание сотрудничать с госнаркоконтролем.

В уголовном деле имеется приговор суда от 24 июля 2009 года, которым признаны провокационными, то есть незаконными действия оперуполномоченного С., склоняющего лиц к сотрудничеству в изобличении лиц торгующих наркотическими средствами. Действия и методы работы последнего, изложенные в этом приговоре, и в случае А. похожи, то есть, связанны с угрозами, запугиванием, принуждением лиц, с которыми проводились профилактические беседы.

Показания свидетеля А. выглядят противоречивыми и нелогичными. А. последовательно на всем протяжении предварительного и судебного следствия указывал на то, что несколько раз приобретал у подсудимого разовую дозу героина из расчета один условный грамм за 2 000 рублей. Необходимость приобретения героина у подсудимого в большем размере во время оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка" А. обосновывал более низкой стоимостью одного условного грамма наркотического средства.

Допрошенные в суде сотрудники госнаркоконтроля, чьи показания изложены в приговоре, указывали на то, что подсудимый не продал бы А. героин на 2 000 рублей или 3 000 рублей, так как занимался крупным сбытом, ставя, таким образом, под сомнение показания вышеуказанного свидетеля в неоднократном приобретении у подсудимого наркотического средства в небольших количествах.

В судебном заседании было установлено, что А. якобы фактически получил от подсудимого 8,130 грамма героина, а передал тому в два приема 19 500 рублей (14 000 рублей + 5 500 рублей). В данном случае стоимость одного условного грамма вышеуказанного наркотического средства значительно превышает розничную стоимость героина на "черном" рынке. Хотя А. и сотрудники госнаркоконтроля пытались убедить суд в том, что, при покупке большего количества наркотического средства значительно снижается стоимость покупного условного грамма. Нелогичность действий сотрудников госнаркоконтроля в приобретении оптовой партии героина по цене выше розничной у суда вызывает сомнения. Более точной оптовой ценой, по мнению суда, выглядела бы переданнаясумма14 000 рублей за полученное количество героина массой 8,130 грамма.

В показаниях А. у суда вызывает сомнение и то, что он ранее приобретал у подсудимого по две, три дозы героина, а 22 августа 2008 года решил приобрести 10 условных грамм этого наркотического средства, хотя для сотрудников госнаркоконтроля, под контролем которых проходило оперативно-розыскное мероприятие "проверочная закупка", а, следовательно, и для А. не имело принципиального значения количество приобретенного героина, так как восемь и десять условных грамм героина относятся к особо крупному размеру. Поэтому у суда вызывают сомнения действия сотрудников госнаркоконтроля и А. по поводу передачи во время второй встречи последним подсудимому дополнительных денежных средств в сумме 5 500 рублей, несмотря на то, что во время первой встречи подсудимому была передана значительная сумма денежных средств, а наркотического средства от него не было получено.

Как считает суд, нелогично было бы передавать еще деньги подсудимому во второй раз, так как имелись все основания и опасность потерять их, как переданные деньги при первой встрече.

В судебном заседании было установлено, что А. перед второй встречей с подсудимым не был досмотрен, как и не было досмотрено его транспортное средство. Передача сотрудниками госнаркоконтроля А. денежных средств в сумме 14 000 рублей и 7 000 рублей каждый раз происходила без участия понятых, о чем в судебном заседании указали свидетели В., Н., М., показаниям которых суд доверяет, так как они были понятыми в следственных действиях, следовательно, являются незаинтересованными лицами.

Невыполнение сотрудниками госнаркоконтроля вышеуказанных действий не гарантировали того, что перед второй встречей с подсудимым у А. в автомашине и при нем не находились запрещенные в гражданском обороте предметы, в том числе и наркотические средства.

Вместе с тем, нормами УПК РФ, КоАП РФ предусмотрено выполнение таких действий только в присутствии понятых с тем, чтобы исключить заинтересованность в проводимом действии должностных лиц.

Суд критически относится к показаниям свидетеля Ш., по которым он лично досматривал автомашину А. перед его встречей с подсудимым, считает его, как выше указано в приговоре, заинтересованным лицом в данном уголовном деле с тем, чтобы в отношении подсудимого был постановлен обвинительный приговор в незаконном сбыте наркотического средства, в связи с чем действия сотрудников госнаркоконтроля будут признаны законными и обоснованными./FONT>

А. в суде высказал неуверенность в том, что ему были переданы "меченые" деньги, которые он якобы передал подсудимому, поэтому суд соглашается с доводами стороны защиты, по которым нельзя достоверно утверждать, что выданное А. наркотическое средство он получил от подсудимого и взял его в организованном им тайнике. Это наркотическое средство могло быть находиться в автомобиле А. перед его встречей с подсудимым, приобретено иным путем, когда он мог выйти из-под контроля сотрудников госнаркоконтроля, потому что находился с ними целый день (питание, отправление естественных надобностей и так далее). Поэтому суд к показаниям сотрудников госнаркоконтроля Ш., Г., С., М., Б., Ф. относится критически, считает их заинтересованными лицами. Их показания находятся в противоречии с совокупностью представленных суду объективных и допустимых доказательств.

Показания указанных лиц не согласуются с показаниями свидетеля А., который утверждает, что приобретал героин у подсудимого на 2 000 рублей. Вышеуказанные свидетели утверждают, что последний сбывал наркотические средства только в больших размерах и этим обосновывают крупную сумму денег, которая была использована во время оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка".

Свидетель М. утверждает, что подсудимый, находясь в автомашине, подсказывал А. место нахождение тайника с наркотическим средством, вышел из автомашины только тогда, когда последний его обнаружил. А. же указывает на то, что когда он брал из тайника сверток с героином, то подсудимого в это время не было, он был один, за его действиями ни кто не наблюдал.

Свидетель М., принимавший участие в производстве обыска утверждает, что не слышал крика подсудимого во дворе дома, что ему что-то подкинули, хотя понятые К., И. и очевидцы происшедшего Е., Ф. утверждают обратное.

Имеются расхождения в показаниях сотрудника госнаркоконтроля, М. и свидетеля П. по поводу времени нахождения этого сотрудника наркополиции на ее надворных постройках.

Свидетели Ш., Г. утверждают, что, находясь на улице, пытались пресечь побег подсудимого, но свидетель Е. утверждает обратное. Показания указанных сотрудником наркоподлиции у суда вызывают сомнения. Подсудимый находился в наручниках, что сильно сковывало и ограничивало его в движениях. Помимо этого быстро скрыться подсудимому от двух натренированных сотрудников госнаркоконтроля мешали ограждения, надворные постройки.

Суд считает, что у вышеуказанных сотрудников госнаркоконтроля не было необходимости выводить на улицу подсудимого с тем, чтобы с ним поговорить, так как они могли это сделать, находясь в доме.

В судебном заседании было установлено, что используемые14 000 рублей во время оперативно – розыскного мероприятия "проверочная закупка" не были обнаружены. В случае отрицательного результата, то есть не обнаружения вышеуказанных денежных средств и наркотического вещества у подсудимого, к сотрудникам госнаркоконтроля, принимавшим участие в этой операции, были бы применены санкции руководства, и они должны были бы отдать свои собственные средства в счет утраченных.

Вышеизложенное, по мнению суда, указывает на заинтересованность сотрудников госнаркоконтроля в том, чтобы оперативно-розыскное мероприятие "проверочная закупка" в отношении подсудимого не считалось провальным.

Как видно из протокола осмотра денежных купюр 14 000 рублей, эти денежные средства были осмотрены в 11 часов 20 минут с целью проведения оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", то есть до того, как было написано заявление А. о его добровольном сотрудничестве.

Вышеуказанные обстоятельства указывают на то, что денежные средства для проведения оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", в которой должен был участвовать А., были помечены еще до того, когда последний еще не дал своего согласия на сотрудничество с работниками госнаркоконтроля в изобличении подсудимого.

Показания подсудимого в том, что ему подбросили денежные средства, обнаруженные во время личного досмотра, стороной обвинения в судебном заседании опровергнуты не были.

Подсудимый последовательно на всем протяжении предварительного расследования и судебного следствия указывал на то, что денег от А. не получал, а деньги в сумме 5 500 рублей ему подбросили. К показаниям всех сотрудников госнаркоконтроля в виду их заинтересованности, как указано выше в приговоре, суд относится критически, а других объективных доказательств в судебном заседании сторона обвинения не представила.

Показания подсудимого в этой части объективно подтверждаются показаниями понятых К., И., которые, по мнению суда, являются незаинтересованными лицами, указавшими на то, что подсудимый кричал на улице, в то время, когда в доме проходил обыск, что сотрудники госнаркоконтроля ему что-то засунули в карман. Они же указывали на то, что подсудимый в это время был в наручниках.

У суда нет оснований не доверять их показаниям, как и показаниям свидетеля Е., который указал на то, что слышал, как сотрудник госнарконтроля сказал подсудимому, что у того будут деньги, после чего услышал крик подсудимого о том, что ему засунули деньги. Стороной обвинения не было представлено доказательств о заинтересованности данного свидетеля, следовательно, суд признает его показания достоверными, правдивыми.

Нет, усудаоснованийне доверять показаниям свидетелей П., Б., так как в судебном заседании сторонами не были представлены доказательства об их заинтересованности.

Суд не может критически относится к показаниям свидетеля Ф., на чем настаивает сторона обвинения, так как ее показания согласуются с совокупностью доказательств изложенных в приговоре. Она же указала на то, что сотрудники госнаркоконтроля предложили подсудимому выйти на улицу во время проведения обыска, где тот стал кричать, что ему что-то засунули в карман одежды.

Также суд не может принять во внимание доводы стороны обвинения, что у К. при его освидетельствовании при помощи лампы ультрафиолетового свечения на руках были обнаружены неровные пятна желто-зеленого свечения. Данное обстоятельство, по мнению стороны обвинения, указывает на то, что подсудимый получил от А. "меченые" деньги за реализованный ему героин.

По поводу имевшихся вышеуказанных следов на руках подсудимого суд находит доводы последнего последовательными и логичными, по которым эти следы у него могли появиться, когда он выхватил денежные купюры из рук сотрудника госнаркоконтроля в то время, когда ему пытались их положить в карман.

Свидетели Ш., Г. в процессе обыска, участниками которого они были, вывели подсудимого на улицу, что является недопустимым, нарушением уголовно-процессуального закона, так как последний являлся заинтересованным лицом и должен был следить за законностью, правильностью проведением этого следственного действия. Указания в протоколе обыска о том, что подсудимый отсутствовал какое-то время во время проведения этого следственного действия, нет, что ставит под сомнение проведение этого следственного действия, как и проведение личного обыска подсудимого в виду того, что на момент личного обыска последнего отсутствовало постановление следователя о его проведении, что было установлено в настоящем судебном заседании. Поэтому суд критически относитсяк показаниям свидетелей Ф. и Б., которые являются противоречивыми и не логичными.

Суд не может принять во внимание заявление Ш., Г., что они вышли с подсудимым на улицу по просьбе последнего с тем, чтобы поговорить. Суд считает, что этому разговору ничто не мешало в доме подсудимого. Показания этих свидетелей опровергаются показаниями незаинтересованного свидетеля Ф., которым, как указано выше в приговоре, у суда нет оснований, не доверять.

В подтверждение доводов подсудимого о том, что при нем не было денежных средств во время его задержания свидетельствует, по мнению суда, и то факт, что он настаивал на своем личном обыске перед производством обыска в доме, но получил отказ, несмотря на то, что понятыми в этом следственном действии были мужчины и у следователя, оперативных работников госнаркоконтроля не было препятствий в его проведении, следовательно, оснований в отказе входатайства подсудимого не было.

Напротив личный обыск подсудимого был проведен после того, как того привели с улицы и обнаружили у него "меченые" деньги в сумме5 500 рублей, которые, как утверждал подсудимый, ему подбросили сотрудники госнаркоконтроля.

На полиэтиленовой упаковке, в которой находился добровольно выданный героин А., отсутствовали следы рук подсудимого, следовательно, отсутствуют доказательства того, что этот сверток с наркотическим средством мог ему принадлежать. Доводы стороны обвинения о том, что на этом пакетике не могло оказаться следов рук подсудимого вследствие объективных обстоятельств, не могут быть приняты судом во внимание, так как эти доводы являются недостоверными, а предположительными.

Не может суд принять во внимание показания данные в судебном заседании свидетелем О., осужденного и находящегося в следственном изоляторе № 2 г. Магнитогорска. Этот свидетель был допрошен по ходатайству стороны обвинения, доставлен в здание суда сотрудниками госнаркоконтроля, хотя числится за несколькими федеральными судами, постановившими в отношении него приговоры. Ранее по этому уголовному делу О. не допрашивался. У суда вызывает сомнение то, что сотрудникам госнаркоконтроля стало известно, что этот свидетель приобретал героин в далеком прошлом у подсудимого и, находясь в следственном изоляторе, готов был дать показания суду об этом. Как видно, из имеющегося в уголовном деле приговора суда от 05 февраля 2010 года, О., давая показания суду, не желал изобличать осужденного в сбыте наркотического средства, хотя участвовал в проведении оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка", следовательно, его активная гражданская позиция по выявлению наркосбытчиков, на которую он ссылается в суде, является мнимой.

К показаниям сотрудника Магнитогорского МРО УФСКН РФ по Челябинской области М. суд также относится критически, который указал в суде на то, что видел, как подсудимый подошел к кустам и что-то туда положил, так как считает его, как и всех сотрудников госнаркоконтроля, заинтересованным лицом. Данный свидетель, по его показаниям, находился в сорока метрах от места от тайника с наркотическим средством. Учитывая такие обстоятельства, как значительное расстояние от пункта наблюдения этого свидетеля до места закладки, а также небольшой размер свертка с наркотическим средством, суд сомневается в том, что свидетель М. мог отчетливо видеть и помнить происходящее спустя большое количество времени, так как впервые был допрошен в судебном заседании 23 сентября 2009 года, то есть спустя более года после происшедшего события. В судебном заседании было установлено, что сотрудники госнаркоконтроля в течение месяца участвуют в десятках задержаний.

Кроме того, в судебном заседании не было устранено противоречие в показаниях этого свидетеля и свидетеля П., которым у суда нет, оснований не доверять, так как она является незаинтересованным свидетелем. Последняя указала в суде на то, что к ней обратился с просьбой понаблюдать с ее надворных построек сотрудник госнаркоконтроля в девятом часу, а первый указывает иное время.

По смыслу ч. 3 ст. 49 Конституции Российской Федерации и ч.3ст.14 УПК РФ все неустранимые сомнения по делу, как в целом, так и в частности должны толковаться в пользу виновного лица, то есть подсудимого. Орган предварительного расследования и государственный обвинитель данного требования закона не выполнили.

В судебном заседании стороной обвинения не было представлено убедительных и бесспорных доказательств того, что подсудимый передал А. наркотическое средство, а тот ему за него денежные средства.

Такими неопровержимыми доказательствами, указывающими на сбыт лицом наркотического средства покупателю, являются изъятие наркотического средства и денежных средств во время проведения оперативно-розыскного мероприятия "проверочная закупка".

В данной ситуации у подсудимого не были изъяты денежные средства в сумме 14 000 рублей, которые были использованы при проведении "проверочной закупки" и их судьба до настоящего времени не известна, следовательно, у стороны обвинения отсутствуют доказательства того, что сделка по продаже героина между подсудимым и А. состоялась. Изъятие у подсудимого денежных средств в сумме 5 500 рублей при вышеизложенных обстоятельствах, связанных с многочисленными процессуальными нарушениями, носит сомнительный характер, при отсутствии совокупности объективных и достоверных доказательств.

Таким образом, у подсудимого не были обнаружены денежные средства, которые сотрудники госнаркоконтроля использовали во время "проверочной закупки", следовательно, отсутствуют доказательства того, что подсудимому были переданы денежные средства в счет приобретения наркотического средства.

Помимо этого, сторона обвинения не представила суду доказательства того, что подсудимый передал А. наркотическое средство. Изъятый из тайника А. сверток с героином не свидетельствует о том, что это наркотическое средство принадлежало подсудимому, так как на поверхности материала свертка отсутствовали следы рук подсудимого.

По показаниям сотрудников госнаркоконтроля сбытом наркотического средства занималась и жена подсудимого, поэтому изъятый героин, следуя показаниям последних, мог принадлежать К..

По показаниям П., которым, как указано выше в приговоре, суд доверяет, рядом с ее домом, то есть в том месте, где была закладка героина, которую обнаружил А., ее собака часто находила свертки с наркотическим средством. В это место часто прятали свертки с наркотическим средством проживающие рядом с ее домом цыгане в связи с чем обнаруженный А. сверток с героином мог принадлежать вышеуказанным лицам цыганской национальности.

Кому принадлежал, добровольно выданный сотрудникам госнаркоконтроля героин А., в судебном заседании установлено не было, а представленные стороной обвинения доказательства не дают ответа на этот вопрос.

Согласно ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может бытьоснован на предположениях, а должен быть постановлен на доказательствах.

Сторона обвинения представила суду противоречивые и сомнительные доказательства в совершении подсудимым сбыта наркотического средства в особо крупном размере, поэтому суд находит их сомнительными и недостаточными, которые не могут указывать на виновность К. в совершении указанного преступления, поэтому он должен быть оправдан в связи с непричастностью к совершению преступления.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 305 – 306 УПК РФ,


П Р И Г О В О Р И Л:


К. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 и п. "г" ч. 3ст. 228.1 УК РФ оправдать в связи с непричастностью к совершению преступления.

Меру пресечения, заключение под стражей К. отменить, освободив его из-под стражи в зале суда.

В соответствии со ст. 134, п. 5 ч. 2 ст. 135 УПК РФ признать за К. право на реабилитацию, то есть возмещения ему имущественного и морального вреда.

Вещественное доказательство, героин массой 8,130 грамм, находящийся в Магнитогорском МРО УФСКН РФ по Челябинской области, уничтожить по вступлению приговора в законную силу.

Приговор может быть обжалован сторонами в кассационном порядке в Челябинский областной суд в течение десяти суток со дня его провозглашения, путем подачи кассационных жалоб и представления через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области. В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.




Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru ???????µ??N?.???µN?N??????°